- Что представляют и в каких отношениях находятся между собой Всемирный форум татарской молодежи и движение «Узебез»?

- Движение «Узебез» возникло в 2005 году как креативный центр сообщества молодых татарских интеллектуалов, занимающийся разработкой стратегий и проектов, которые затем вбрасываются в татарское общество и начинается, в хорошем смысле, интеллектуальная заварушка. Наша основная задача на первом этапе – создание городской татарской молодежной субкультуры. Первое поколение татар, перебравшихся в города, в частности, Казань, были выходцами из села и принесли сюда сельскую культуру, которую последующие поколения уже не воспринимают. Молодые татары отходят от своих традиций. Мы хотели воссоздать их в соответствии с веяниями времени. Постепенно к этому добавились и другие задачи.

«Узебез» - это неформальное образование, возглавляемое семью координаторами, стоявшими у истоков движения. Всемирный форум татарской молодежи – интегральная структура, призванная повсеместно объединить молодых татар (известно, что более 75% нашего народа проживает за пределами Татарстана). Сейчас идет рост татарского национального самосознания, количества молодежных организаций, но нет методики работы, цельной идеологии, полноценной структуры. Большинство координаторов «Узебез» входят в состав бюро Форума, состоящего из сорока человек. Традиции междуусобиц, характерных для старших товарищей, у нас нет, мы стараемся искать точки соприкосновения. Хотя противоречия, возможно, в чем-то имеются, но они несущественны перед лицом общих задач.

- Тот факт, что движение «Узебез» (или «Мы сами» - типичное «оранжевое» название) возникло как сетевое и в самые «оранжевые» времена, порождает не лучшие ассоциации. Насколько они оправданны?

- Когда мы создавали наше движение, никто не помышлял ни о каких революциях. Я приниципиальный антиоранжист, у меня традиционные воззрения. Кроме того, «Узебез» - аполитичная организация. Политикой в ее обывательском толковании у нас не только никто не занимается – мы чураемся ее, потому что, раз запятнавшись дерьмом, будет трудно отделаться от этого амбре.

- По-вашему, политика – дерьмо в любом случае?

- В том виде, в каком она у нас существует – бесспорно, да. Хотя в широком смысле борьба за язык, культуру и так далее – это тоже политика. Политика как политиканство, борьба за власть, за кресла, на мой взгляд, не очень уместна для организации, которая занимается культурой. Мы политикой не занимаемся, и все, что пишут на этот счет – смешно и, честно говоря, оскорбительно. Но как бы мы ни дистанцировались от политики, какие-то темные силы затягивают нас в это болото. Кстати, «Узебез», несмотря на сообщения прессы, не принимало участие в организации Дня памяти (участники этого традиционного мероприятия татарских националистов, прошедшего 11 октября 2009 года, чтили память защитников Казани, павших от рук воинов Ивана Грозного, держали плакаты вроде «Холокост татарского народа – 1552!» или «Требуем! Запрета русского языка в образовании, как запрещен татарский», и провозглашали: «Цель – независимость». - прим.). В качестве организатора был Форум. Мы давно выступаем за переформатирование этого мероприятия, поскольку в нынешнем виде это наследие девяностых себя изжило. Нужно переводить его в другое русло, переходя от прошлого к настоящему и будущему. То, что было пятьсот лет назад – конечно, было, с этим никто не спорит, но нужно ставить новые задачи и идти вперед. С головой, повернутой назад, далеко не уйдешь.

- Часто полагают, что казанский Кремль разрешает подобные мероприятия, чтобы лишний раз продемонстрировать федеральному центру: мол, мы держим ситуацию под контролем.

- Казань уже давно не аппелирует к этому фактору. У Москвы есть здесь свои уши, и она прекрасно знает ситуацию. Я вижу отношение республиканских властей к национальным организациям: это или дистанцирование, или игнорирование, или, если зайдешь за красную черту, одергивание. Политическая направленность татарских национальных организаций сходит на нет. Все понимают, что концентрировать усилия необходимо на культурной составляющей.

- Кстати, как «Узебез» и Форум связаны с казанским Кремлем? Многие полагают, что вы созданы по его указке и выполняете их указания.

- Мы действуем в соответствии со своими убеждениями. Мы представители гражданского общества – почему мы, задрав штаны, должны бегать в аппарат президента? Оттуда на нас никто не выходит и помогать нам не торопится. Впрочем, мы и не просим помощи: попросишь один раз – попадешь в зависимость. Да если бы мы это и сделали, нам, скорее всего, ответили бы, что на дворе кризис, и денег нет. А вот то, что нас связывают с Кремлем, показывает, что уровень гражданского сознания у наших людей очень низок. Считается, что если десять человек собрались и действуют, значит, они делают это по указке Кремля. Неужели никто не верит, что делать что-то можно не только по распоряжению Суркова или Терентьева?… С другой стороны, оттуда нет и противодействия. У нас нейтральные отношения. Мы показали, что можно работать без помощи со стороны, не выпрашивая помещений и денег, не говоря уж о разрешениях. В «Узебез» собрались очень разносторонние, цельные и самодостаточные люди, и ни один админресурс не сможет нас сломать. Мы бы рады помощи, но нет таких людей.

- Национально-ориентированные предприниматели, например, из группы «Тархан», не хотели бы вам помочь?

- Мы не контактировали с ними. Нас познакомили с некоторыми из этих людей, но мы не подходили с такими меркантильными вопросами.

- Кем и как тогда финансируются ваши организации?

- Понимаете, вопрос финансирования – очень сложный. Мы были бы рады, если бы нас финансировали и государство, и какие-то другие структуры, но никто этого не делает. Всемирный конгресс татар, бесспорно, помогает – административно, когда надо что-то провести, а также деньгами - но он сам небогат. Остальное мы находим своими силами – ищем спонсоров, меценатов, иной раз просто собираем вскладчину. Действуем с опорой на собственные силы.

- Неслабые, по-видимому – ко Дню памяти была подготовлена ваша цветная листовка, печать которой стоит немалых средств.

- Да, это мы сделали на свои деньги.

- На акции «Я говорю по-татарски» раздавались русско-татарские разговорники, активисты были одеты в футболки с символикой – это еще дороже.

- На обожке разговорника напечатаны логотипы наших спонсоров (среди них - кабинет министров РТ, исполком Казани, министерство образования и науки РТ, ВКТ, минмолодежи и др. – прим.). Кто-то из них помогает, например, выделив автобус, кто-то – еще чем-то, но деньгами, понятно, ни одно госучреждение помочь напрямую не может. Министерство по делам молодежи, спорту и туризму в 2009 году нам ничего не дало. Раньше они ежегодно получали около 15 тысяч рублей на программу развития языков и могли выделить нам 3-5 тысяч. В ушедшем году эту сумму урезали, поэтому они нам не помогали, но, поскольку мы с ними в дружеских отношениях, не могли их не обозначить. Важно это и в другом смысле: какие бы отношения у нас со всеми не были - а они не такие гладкие, как кажутся – это не всегда нужно выносить в публичное пространство. Это никого не красит. Мы же считаем себя интеллигенцией.

- «Узебез» проявляет себя точечно: в апреле прошла акция «Я говорю по-татарски» - после нее провал на полгода, и мы слышим о движении уже в рамках подготовки ко Дню памяти. Логично предположить, что это связано с «внезапным» появлением финансирования в связи с определенными датами.

- Еще раз повторю, что «Узебез» - объединение творческих, при этом достаточно взрослых людей. Всем нам около тридцати, у каждого семья, работа. Даже собраться и пообщаться по-человечески – для нас большой праздник, мы делаем это примерно раз в месяц. Текущая работа осуществляется посредством Интернета. Немалая часть нашей работы связана с непубличной деятельностью – например, сейчас мы работаем над проектом помощи молодым татарским литераторам. Мы намерены помогать в раскрутке и тем, кто пишет на русском, например, о Казани и Татарстане. Поскольку интересно это далеко не всем, мы об этом на своем сайте не пишем. Кстати, в скором времени мы его переформатируем, чтобы он стал центром притяжения новой татарской культуры – литературы, поэзии, драматургии, музыки и так далее. Хотелось бы более плотно работать именно над этим. Ведь сейчас молодежь воспринимает татарскую культуру как некую ретроградную форму сознания, принадлежащую девятнадцатому веку. Сугубо татарских тем в культуре, на мой взгляд, нет. Село уже не так актуально. Есть городская культура, и надо работать на нее. Молодое поколение татар-горожан в массе своей космополитично, ему ничего не нужно, кроме сидения «вКонтакте» – надо работать на них. Важно поднять общий культурный уровень молодежи.

- Существует ли современная татарская культура как самобытное явление, которое стоит развивать и поддерживать, или это некий экзотический этнографический феномен?

- Я люблю приводить известное высказывание Маркса о том, что бытие определяет сознание. Наша цель – создать среду, питательный бульон, на котором будут созревать люди, которые станут выдавать шедевры татарской культуры во всех ее областях. Когда «Узебез» занималось проектом татарской альтернативной музыки, многие смеялись и крутили пальцами у виска. Сейчас это норма, и никто не смотрит на это как на что-то чуждое татарской культуре. Когда-то скрипка и баян тоже воспринимались ортодоксальными татарскими деятелями как крамола. Театр также не совсем вписывается в исламские каноны. Но все это прижилось и обросло национальным колоритом. Я считаю, что у татар есть все возможности развиваться во всех направлениях. Татарский рэп существует? Существует! А совсем недавно это трудно было представить. Татарское кино, худо-бедно, но появилось как фактор…

- Какой-нибудь поразивший вас фильм можете назвать?

- То, что произвело наибольшее впечатление – конечно, «Куктау», выявляющий национальные проблемы. Неплохие фильмы артхаусного формата были на «Золотом минбаре». Это явление есть, и его необходимо развивать. Понятно, мы пока не в первых рядах, но татары – очень талантливый народ, проявляющий себя и в кино, и в спорте, и в политике. Конечно, в чем-то наша культура запаздывает, но современное молодое поколение – нагоняет, нарушая каноны, которые старшему поколению представляются незыблемыми. Например, у татар нет легкой прозы, женского романа, потому что существуют некие табу, согласно которым роман должен быть в восемь тысяч страниц, и их нельзя нарушать. Молодые бунтари все это потихоньку преодолевают.

- Многие ключевые произведения татарских писателей и общественных деятелей до сих пор не переведены на русский. Из всего Гаяза Исхаки русский читатель может ознакомиться только с «Вырождением через двести лет» да несколькими политическими текстами. В результате взаимное общение идет по линии доступной всем западной массовой культуры.

- Согласен в том плане, что взаимообогащение культур должно быть. Отсутствие переводов с татарского на русский свидетельствует, скорее, о том, что на это, с одной стороны, нет социального запроса, а с другой – пласта хороших переводчиков, способных достойно выполнить задачу. Переводить классиков девятнадцатого века очень сложно – необходимо знать не только старотатарский, но и реалии того времени, контекст, в котором они писали. Литературы же на татарском – предостаточно.

- Понятно, что Гаяза Исхаки, как и серию трудов татарских богословов XIX века, издаваемую Российским исламским университетом, не станешь читать в общественном транспорте. Однако среди специалистов эти произведения пользуются большим успехом.

- Татарская философская мысль долгое время была «вещью в себе», недоступной широкому кругу специалистов. От этого, естественно, страдает и сам татарский народ. Считается, что у татар не было философии - они, мол, были слишком ортодоксальны, тогда как нам есть что показать не на сельском, а на мировом уровне.

- Татарская культура, как и все остальные национальные, постепенно отступает под натиском глобализации. Не бесполезны ли ваши усилия, если ее утрата – всего лишь вопрос времени? Какой смысл в борьбе за язык, если в обозримом будущем его вытеснят русский и английский?

- Я смотрю на это философски. В конце концов, нам всем умирать, но из-за этого мы не перестаем жить. У глобализации есть механизмы, которые можно использовать против нее, например, Интернет и массовая культура. Язык для татар – сакральный символ. «Туган тел» («Родной язык», стихотворение великого татарского поэта Габдуллы Тукая) является неформальным гимном татарского народа. Язык – это кодировка ментальности, вскрывающая подсознательные вещи. Широкие массы этого не понимают, но своим примером мы должны их вразумлять. Да, в регионах татары теряют язык: нет сферы общения, мало его носителей. Но у них очень высок уровень этнического самосознания, через который они приходят к необходимости знания родного языка, без которого невозможно понимание татарской литературы, музыки и так далее. Одним из условий участия во Всемирном форуме татарской молодежи в 2008 году было минимальное знание татарского языка, и люди специально учили его. При всем при этом ситуация у татар лучше, чем у башкир, удмуртов и многих других российских народов. Они сами говорят: мы равняемся на вас, и в этом смысле на нас лежит двойная ответственность. А если ты не борешься за свой язык и культуру, ты их просто не заслуживаешь. Если говорить об акции «Я говорю по-татарски», то 26 апреля, в день рождения Габдуллы Тукая, проходит ее завершающий этап, которому предшествует большая, но не заметная постороннему взгляду работа среди школьников тридцати городов России. Наши акции проводились в торговых центрах, в аэропорту, среди диаспоры в США и Турции.

- Когда вы объявили о сборе подписей за придание татарскому языку статуса второго государственного, что стояло на первом месте – достижение обозначенной цели или самопиар, надо признать, весьма удачный?

- Главной целью было обратить внимание властей и широкой общественности на проблемы татарского языка и языков малых народов РФ. Последние действия федеральных властей, такие как принятие закона №309, отменяющего национально-региональный компонент школьного образования, в рамках которого в школах преподавались родной язык, культура, история, закрытие национальных школ, отсутствие внимания к проблемам народов, заставили нас предпринять попытку инициировать по этому поводу общественную дискуссию.

Многим в Москве искренне кажется, что Татарстан – какой-то эрзац Чечни. Спрашивают: «Вы там еще не всех русских перерезали?». Поэтому некоторые реагировали на нашу акцию примерно так: «Опять татары вылезли, теперь на федеральном уровне жить не дают». Однако когда страсти поутихли, началось спокойное обсуждение наших требований. Конечно, сейчас введение татарского в качестве второго государственного на уровне РФ выглядит утопичным, но точно таким же казалось пятнадцать лет назад избрание чернокожего президентом США. Мы хотели заставить задуматься, почему молодежь выступила с такими требованиями. Кроме того, наша акция должна была показать уровень гражданского самосознания в России. Ни в одной другой стране она бы не вызвала такого неприятия. Наконец, произошла актуализация в социуме татарских общественных организаций. К сожалению, есть момент срастания с креслом… Конечно, мы не ожидали, что наша акция окажется такой скандальной. Видимо, она действительно всколыхнула какие-то глубинные пласты общества. Подводить итоги пока рано – работа идет, и останавливать ее мы не собираемся. Главное, что подписываются не только татары, но и русские.

- То же происходило и при сборе подписей в поддержку русского языка в РТ – их ставили не только русские, но и татары.

- Мы же не против чего-то – мы прибавляем, а не убавляем. Русские от этого не пострадают ни в коей мере. Никто же не будет страдать и ущемляться от того, что татарский станет вторым языком – языком общения, скажем, в Челябинской области.

- Если ее жители сами так решат – безусловно, нет. А что такое Школа молодого татарского лидера, вокруг которой осенью поднялось столько шума?

- Лидеров не хватает, это факт. Я разработал этот проект еще два года назад, однако по разным причинам, в первую очередь финансовым и организационным, его реализация откладывалась. В прошлом году его неожиданно воплотил центр «Идель» при минмолодежи. Мы даже не были оповещены об этом. Фактически это наша идея, но она получилась с выхололощенным содержанием, излишним упором на техническую сторону дела. Ребят учили, как регистрировать общественные организации, писать уставы и так далее. Мы же хотели дать слушателям технологии, на которых может вырасти лидер. Я и сам учился в Школе публичной политики «Открытой России», Школе гражданского образования, Клубе региональной журналистики – там хорошие технологии, которые я усвоил, но методологически, идейно мы заложили в нашу школу свои параметры. Со следующего года мы запустим свой проект. Желающих очень много – заявок было порядка тысячи. Если каждый год школа будет выпускать хотя бы по пятьдесят человек, думаю, этого будет достаточно.

- В ноябре вы создали комитет по защите прав татарского народа. Какие же права нарушаются?

- У татар есть поговорка: «неплачущему ребенку соску не дают». Не будешь требовать – никто тебе ничего не даст. Задача комитета – отстаивание интересов татарского народа в сфере образования, культуры, языка, а также преодоление ксенофобских тенденций и борьба на идейном поприще. Его создание направлено на то, чтобы объединить усилия татарских общественных структур, чтобы они действовали сообща, не распыляли силы. Немаловажен обмен информацией. Нужна здравая аналитика, серьезный мозговой центр. Иногда мы можем очень много говорить о какой-то проблеме, например, о том же законе №309, а на деле ситуация несколько другая. Комитет должен связать нас с другими народами, права которых также нарушены. Наконец, нужно обратить внимание общественности на эту проблему. Возможно, не все до конца осведомлены, чем чревата реализация этого закона, что и объясняет вялую общественную реакцию.

- Не свидетельствует ли подобное безразличие (оно же проявляется и в отношении закрытия татарских школ, и сноса номеров «Булгар», где закончил свои дни Тукай), что людей просто не волнуют эти проблемы?

- Уровень гражданского и этнического самосознания у народа как общности ниже, чем у прослойки интеллигенции, которая больше знает и думает. Обывателю нужны социальные гарантии. Духовные запросы, пусть он не всегда в этом виноват, тут не на первом месте. Роль интеллигенции в разъяснении этих вопросов как никогда велика. Другого народа у нас нет, и надо быть немного снисходительным. Молодежь считает, что все в наших руках, и полна энтузиазма. Если я не сохраню родной язык, никто же не будет это делать за меня? На сцену выходит новое поколение, главной идеей которого является сохранение татарской культуры, с которой мы должны шагнуть в XXI век.

- Чем оно отличается от старших в плане отношения к русским?

- Мы, естественно, не противопоставляем себя русскому народу, не обвиняем его в своих проблемах. Русские развиваются не за наш счет – у них собственный ресурс и потенциал. Мы можем и должны двигаться сообща, рука об руку, как это демонстрируют лучшие исторические образцы, вся наша тюрко-славянская цивилизация. Что было, то было, но пятьсот лет назад и русские, и татары - вообще все было другое, что уж тут говорить. Экстраполировать былые обиды на нынешнее время – наверное, не от большого ума. Конечно, кого-то это держит в тонусе: вражда – очень мощный мобилизационный ресурс. Перед нами же стоят проблемы, например, утраты родного языка, к которым русский народ не имеет никакого отношения. Есть отдельные претензии к некоторым действиям властей, но они не имеют этнической окраски.

- Считается, что молодое поколение более исламизировано и притом фундаменталистски настроено. Действительно ли это так и к каким последствиям может привести?

- Сила исламского радикализма преувеличена в разы. На определенном этапе это было выгодно, в первую очередь политикам и спецслужбам. Теперь место этого искусственно раздутого фактора постепенно занимают свиной грипп, глобальное потепление и другие подобные вещи. Что касается Татарстана, то проявления исламского фундаментализма есть, но во многом это явление вызвано невписанностью молодых мусульман в религиозные бюрократические структуры, которые воспринимают их как конкурентов. Радикализация происходит и по вине светского общества: социальных лифтов нет, прислушиваться к молодежи никто не желает. Но эти проявления единичны. Радикального ислама как движения, института в Татарстане нет - это однозначно. В последние годы заметен рост интереса интеллектуальной, студенческой молодежи к исламу, и этот процесс не зависит от работы тех же духовных управлений. Некоторые люди инстинктивно понимают ложность идеалов консьюмеристского общества. В целом это очень позитивная динамика.

- Каковы взгляды молодых националистов на перспективы государственности татарского народа?

- Выход Татарстана из состава РФ – это утопично, нереально, и никакой необходимости в этом нет. Причины даже объяснять не стану, все их прекрасно знают. Одно время эта идея была актуальна для части татар на волне того, что в советские годы татарская культура не развивалась, и татары полагали, что, отделившись, они получат возможности для развития. Когда этот проект захлебнулся, стало понятно, что и без государства можно развиваться вполне успешно. Я лично довольно скептически отношусь к государству как таковому, не верю в его возвышенные цели и считаю, что будущее – за гражданскими институтами вроде общин, которые власть будет контролировать, но без диктата. Государство берет на себя роль коллективного мужчины, и в этом случае ни о каком гражданском обществе говорить не приходится. Поэтому государство не может быть целью. Я считаю так: дайте нам возможность развивать образование, культуру, духовную сферу, язык, и увидите, что все будет нормально. При наличии дальновидной национальной политики в России не будет внутренних противоречий, и перед ней откроются широкие горизонты.

Записала Яна Амелина

Агентство политических новостей

Как отметила профессор-лингвист Анвита Абби, с исчезновением языка бо Индия потеряет значительную часть культурного наследия.

Андаманские острова называют мечтой антрополога и местом, где на одной географической территории можно найти большое число языков, причем многие из них находятся под угрозой исчезновения.

В частности, за последние три месяца на островах умерли последние носители двух языков. Это вызывает тревогу лингвистов, которые напоминают, что первые жители Андаманских островов были среди самых древних предков человека.

Как звучит язык Бо

Начнем с величия. Некогда тюрки, объединенные Чингис-ханом, а затем и ассимилировавшие своих объединителей-монголов, создали самую крупную в истории человечества империю, которая занимала почти всю Евразию, за исключением Японии, Индии, Индонезии и Западной Европы. Эту империю условно можно назвать тюрко-монгольской, так как она продолжала традиции Империи Гуннов (V в.) и Великого Тюркского каганата (551-603). Большинство советников Чингис-хана были тюрками, письменность монголы заимствовали у тюрков-уйгуров, так называемое уйгурское письмо.

Причины возможности создания подобного супер-государства кроются в том, что в этом образовании были внедрены справедливые социальные законы, которые ставили препоны для традиционной сословности, сковывавшей инициативу людей. С другой стороны эти законы давали простор всем членам общества для осуществления как вертикальной, так и горизонтальной социальной мобильности. Все это провоцировало энтузиазм масс. Работа мечом была вторичным фактором. Главную роль сыграл административный, управленческий гений тюрков. Это была тюркская фишка.

Подобный же механизм использовали первые мусульмане, создавшие Великий Арабский халифат, а также коммунисты, создавшие Империю под названием «Социалистический лагерь». Но эти империи были меньше размерами и жизнь их была очень скоротечна.

Что касается древности тюрок, то источники ее подтверждающие заключены в самих тюркских языках и в тех языках, с которыми они соприкасались или на которые они влияли.

Тот факт, что тюркская лексика пронизывает шумерский язык, язык самой древней человеческой цивилизации, что тюркские слова встречаются в некоторых языках индейцев Америки, в этрусском языке, индоевропейских языках и даже в семитских, говорит о большой древности и развитости тюркского языка той эпохи. Можно сказать, что в древности существовала некая тюркская языковая «Атлантида», некая прототюркская цивилизация, которая культурно влияла на весь мир.

В контексте этого тезиса интересно рассмотреть традиционно считающимися индоевропейскими слова «солнце» и «Атлантида». Оба слова не имеют индоевропейской этимологии.

Обратимся к наиболее характерным и типичным названиям солнца в индоевропейских языках. Эти названия условно можно разделить на 3 типа:

1. тип :  sun (англ), suun (гер. праформа.).

2. тип :  saule (литовск.).

3. тип :  suar (язык вед.).

Эти слова не индоевропейского происхождения, так как в корне подлинно индоевропейского слова «солнце», как, например, в курдском слове «roj» (солнце), обязательно присутствовала бы фонема «R». Например, такие слова как «ring» («кольцо» англ.), «red» («красный» англ.) косвенно указывают на это.

В действительности, все три типа этих слов являются тюркскими названиями солнца вторичного порядка, в основе которых лежит одно из древнейших первичных названий солнца «тук/сук» или «ток/сок» с его дериватами (производными словами): «туг, сог, сов, са, су, чок, хув, ков». Этот первичный корень мы видим в мужском татарском имени «Тукай», которое, на мой взгляд, означает «маленькое солнце, солнышко».

Известно, что у многих народов солнце было первым божеством. Это подтверждает и древнетюркское имя «Тукбирде» (тюркск. «Бог дал»).

Окончания же «un, ul, ar» в вышеупомянутых 3-х типах названия солнца - это всего лишь тюркские словообразовательные и грамматические аффиксы, присоединяемые к первичной основе «тук (та,ту)/сук (са, су)».

Что же касается слова «Атлантида», оно - явно негреческого происхождения. Его невозможно вывести ни из индоевропейских, ни из семитских языков. Оно происходит от слова «атлант». По Платону (427-347 гг. до н.э.) атлантами были люди, жившие на огромном острове или даже континенте в океане. Происхождение самого слова «атлант» Платон не объясняет. Дело в том, что сведения об Атлантиде Платон узнал из записей своего деда, который почерпнул эти сведения от жрецов Древнего Египта. В свою очередь считается , что наиболее древние египетские предания своими корнями восходят к Шумерской цивилизации, то есть речь идет о некой преемственности. В шумерологии известно, что шумеры произошли от слияния двух этносов. Относительно шумерского языка, существует гипотеза, согласно которой этот язык включает в себя элементы некоего агглютинативного языка Юго-Восточной Азии и тюркского языка, причем тюркская лексика относится больше к сакральной и цивилизационной сферам.

На мой взгляд, ключом к этимологии слова «Атлантида» могут быть тюркские и некоторые индейские языки. Этимологически, слово «Атлантида», на мой взгляд, восходит к прототюркским и индейским корням «ат, атл, Атил», широко использовавшихся в качестве гидронимов.

Рассмотрим корень «атл» в некоторых индейских языках. Например, в языке кечуа «атл» означает воду. В языке нахуатл (это – один из ацтекских языков) есть слово «атл» (вода, океан), из которого происходит «атлан» со значением «нахождение среди вод».

В слове «Атлас» (название области на севере Африки) на языке берберов корень «атл» также означает воду.

Корень «атл» в ацтекских языках имеет также значения «бог воды, бог океана». Известно также, что на территории, где живет народ майя, есть озеро под названием «Атитлан».

А теперь рассмотрим татаро-тюркские гидронимы с корнем «ат». На территории Татарстана есть реки со следующими названиями: «Ата елгасы» (река Ата), «Атмас елгасы» (река Атмас), «Аты елгасы» (река Аты).

Есть также родник под названием «Ата чишмэсе» (родник Ата).

Среди названий озер есть такие как «Атмаклы кул» (озеро Атмаклы) и «Атлас куле» (озеро Атлас).

Наиболее древним тюркским названием реки Волги было «Атыл» (чувашский язык). В татарском же языке слово «Идел» (Волга) имеет значение «большая река». Отсюда становится ясным имя вождя гуннов Атилла, которое означает «связанный с Атил», то есть «Волжский».

Но самым показательным гидронимом, содержащим корень «ат» является парное слово «кyл-ат», которое мы находим в древнейшем татарском предании под названием «Великаны». Там говорится следующее: «Элекке заманда кешелэр… бик зур гэудэле… булганнар. … Алар кул-атларны кечкенэ чокыр-чакырларны атлап чыккан кебек кенэ атлап узганнар, ди» (В очень далекие времена… люди были громадного роста… Рассказывали, что они перешагивали через озера и аты, словно через маленькие лужицы).

Два корня в таких парных тюркских словах обычно имеют очень близкие друг к другу значения. Например, слово «ир-ат» в татарском языке означает мужчину, где «ир» - это «муж», а «ат» - возможно, сокращенная форма слова «ата» (отец). Или, например, слова «агай-эне» (дословно «старший брат – младший брат»), означающие понятие «братья».

По этой логике и в парном слове «кул-ат» вторая часть должна быть гидронимом, возможно, означавшим большую реку или большую воду.

Таким образом мы видим, что корень «атил/атыл» в тюркских языках и «атл» - в индейских означают «большую воду или океан». Но самое поразительное – это ацтекское слово «атлан» со значением «нахождение среди вод». Ведь, если в тюркском глаголе «атланмак» корень «ат» когда-то означал воду, то этот глагол в древности имел значение «освоить, покорить воды, освоить океан» или второе значение «стать похожим на океан, то есть стать мощным как океан». Отсюда «атлант» - это «покоривший океан или могучий как океан».

На мой взгляд, слово «Атлантида» состоит из двух частей: «атлан» и «тида», где второе слово не что иное как тюркское слово «йир» (земля) в форме местного (дательного) падежа «йирда». Это слово в значении «земля» попало во многие языки мира: ард (арабск.), эрэц (иврит), Йерушалем (моя трактовка: «Земля благополучия, мира», die Erde (нем.), terra (латинск.). Возможно, прежде чем попасть в латинский язык оно имело когда-то и форму «tirda». Такая форма вполне вероятна, так как в татарском есть слово «тирес» (навоз), которое является дериватом слова «йир». Позднее путем выпадения фонемы «r» образовалась форма «tida» со значением «земля».

В итоге получается, что «Атлантида» расшифровывается как «земля, покорившая океан» или «земля людей, покоривших океан».

Но еще более древним, на мой взгляд, корнем, означавшим воду был пратюркский корень «бат/бад/баз», на который указывают тюркск. «batmak» (тонуть), «Ибрай Ышна боты» (приток Ибрай Ышна), «Батма елгасы» (река Батма), «Бадакай суы» (речка Бадакай) и названия таких рек как Бадрак и Базани на Украине. Дериваты этого древнейшего тюркского корня можно наблюдать во многих индоевропейских и семитских языках. Например: вода, пот, баня, water («вода» англ.), to wash («мыть, стирать» англ.) Wasser («вода» нем.), baden («ку-паться» нем.), аква («вода» греч.), ма («вода» арабск.). Почти во всех финских языках корень «ва» означает воду или реку. Например, Нева (название реки) означает «гнилая вода».

Исконно же индоевропейский корень, который отражает понятие воды, будет «ра» и его варианты «ру, ре, ри». Например: река, ручей, river («река» англ.).

Я обратил внимание на то, что во всех вышеупомянутых языках прослеживается следующая закономерность: понятие воды тесно связано с понятием «материи или сущности», а также с высшими силами – солнцем, богом, небом, воздухом. Например, в арабском: ма (вода) – мадда (материя) – сама (небо); в русском: вода – вот, вещь – небо (то есть, не вода и не почва, а элемент, противоположный воде и земле); в татарском: болак (маленькая речка) – булу (бытие) – болыт (облако); су (вода) – через татарское «сюз» (слово, речь) к русскому «судить» и далее к словам «суть, сущность» -  су (татарск. «воздух», выводится из глагола «суламак», означающего «дышать»); река – реальность – радуга (дословно «солнечная дуга»).

Здесь невольно вспоминаются слова первого древнегреческого философа Фалеса, который считал, что изначальным элементом всего и вся является вода.

И вот за этой мощнейшей тюркской языковой Атлантидой, которая пустила свои метастазы (корни) во множество языков мира, должна была стоять и некая духовная и высокоразвитая материальная цивилизация. О существовании подобной древней цивилизации говорят  факты, которые можно разбить на 3 категории:

1. Слова, обозначающие понятие «бог», восходящие к одному или двум тюркским основам и распространенные в языках большинства народов Евразии, Северной и Южной Америк и островов Тихого Океана: Tuk (др. тат.), Teos (греч.), Deus (лат.), Dao (кит.), Sinto (япон.), Teoatl = бог океана, где «атл» означает «океан» (в некоторых языках индейцев Америки); Dingir (шумер.), Tengri (др. тюрк.), Tangara (якут.), Tangaroa (в языках островов южной части Тихого океана), Тагарма (Этим словом в Ветхом Завете обозначены тюрки).

2. В ареале этой цивилизации везде воздвигали курганы и пирамиды.

3. В мифах аборигенных жителей на разных континентах говорится о неких пришельцах как представителях более высокой цивилизации, которые передали им свои знания и навыки.

4. Изначально носителями этой цивилизации были люди азиатского типа, антропологически близкие к монголоидам. Таковыми были люди из династии фараонов Египта, а также первые ханаанцы (финикийцы) (Традиционно финикийцев принято считать семитским народом, подарившим миру первый алфавит). Доказательством монголоидности финикийцев служит цветной древнеегипетский барельеф, изображающий представителей этого народа. Этот барельеф выставлен в Музее изобразительных искусств им. А.С. Пушкина в г. Москве.

Если гипотетически говорить о предполагемом месторасположении Атлантиды, то надо учитывать тот факт, что в описаниях Платона и в письменных преданиях народа Майя существуют удивительные совпадения: и в том и другом источнике говорится о 10 странах поглощенных океаном. В преданиях Майя указано даже чиленность населения этих стран, составлявшая 64 миллиона человек. Также учитывая то, что люди из династии фараонов Египта и финикийцы были людьми восточноазиатского типа, а одна из составляющей шумерского языка (помимо тюркской) восходит к языкам Юго-Восточной Азии, можно предположить, что Атлантида находилась в западной части Тихого океана, где-то между Китаем и Индонезией.

Возможно, люди именно этой цивилизации создали цельные каменные строительные блоки весом от 500 до 2000 тонн в мегалитических строениях Баальбека (Ливан), Тиауанако (Боливия) и затопленные океаном пирамиды возле острова Янагуни (Тайвань), которые были созданы около 13-12 тысяч лет до н. э. Интересно, что подводные сооружения возле острова Янагуни имеют элементы, которые присутствуют и в Египте (пирамиды и сфинкс) и в мегалитах Баальбека. И эти совпадения явно не случайны. Интересно также то, что на поверхности подводной пирамиды возле о. Янагуни вырезано 2 знака, в которых просматриваются крестообразные знаки на строениях ацтеков, один знак из тюркской руники, а в общем эти знаки представляют собой некие пиктограммы, смысл которых предстоит еще расшифровывать.

Рафаэль Мухаметдинов.

Ильдар Ягафаров. Режиссер. Родился в 1971 году в Пермской области. С родителями переехал в Казань в возрасте трех лет. Свою биографию описывает как “обычную историю татарских провинциалов”. После школы поступил на спортфак пединститута, занимался парашютным спортом. Увлекался фотографией, в 1991 году пошел работать на татарское телевидение ассистентом режиссера. Поступил во ВГИК в 23 года. В 2000 году вернулся в Казань, чтобы снимать кино.
Имеет несколько международных наград за свои кинематографические работы. В 2000 году снял дипломную работу “Бэхеткэй”. Фильм получил диплом Дней тюркского кино в 2001 году в Стамбуле, а в 2002-м стал лучшим в номинации “Иностранный студенческий фильм” на фестивале, посвященном культурам мира, в Хьюстоне, США. В 2005 году его  фильм “Куктау” (”Небесная гора”) получил на российском кинофестивале “Кинотавр” приз Гильдии кинопродюсеров. Кроме того, лента удостоилась одной из наград на 45-м Международном кинофестивале для детей и юношества в городе Злин (Чехия).

Как после спортивного факультета в тебе созрело решение стать режиссером? Как ты поступил во ВГИК, институт со статусом недоступности для простых смертных?
Я очень быстро понял, что спорт не мое призвание. В молодости человек совершает много необдуманных вещей, пробует, выбирает - это нормально. Вот и я поступил в пединститут, потому что друзья туда поступали. Но с другой стороны - парашютный спорт тоже отражает мой характер. Я осознанную жизнь начал в 20 лет, когда пришел на телевидение и сразу стал очень активным. Поехал в Питер на курсы, потом в Москву.
История на самом деле очень спонтанная. Я зашел во ВГИК с мыслью “чем черт не шутит”, поговорил с мастером, который по счастливой случайности находился в этот момент в коридоре, написал в библиотеке автобиографию, эссе-зарисовку, и Александр Степанович Кочетков отобрал меня на конкурс, взял к себе. У меня был короткометражный фильм о том, как грустят разные люди. Работа его очень вдохновила, и он всячески меня поддерживал.
Все произошло будто само собой. Правда, ректор сначала отказался взять меня на бюджетное отделение, полгода я ходил вольным слушателем и потом поступил официально, когда меня послали в числе лучших студентов на конкурс в Марсель. Там я познакомился с Александром Политковским, и мы начали вместе делать программу “Взгляд”. Несколько лет мы ездили по стране и делали репортажи. Он был журналистом, я - режиссером.

Перед тобой были открыты все двери, почему ты не остался делать карьеру на центральном телевидении и вернулся в Казань?
Мне многие задавали этот вопрос и всё приговаривали: “Просто ты не смог жить в Москве, испугался бытовых проблем, оказался слабее других”, но почему я должен был остаться? Здесь мой дом, мои родители, моя девушка. Мне здесь все знакомо. У меня своя цель, которую я хочу реализовать здесь. И когда пришло время дипломной работы, мне захотелось сделать фильм очень национальный, татарский.
Вообще я из очень традиционной татарской семьи, и благородные национальные традиции живут во мне с детства - мой отец был председателем татарского общественного центра.
Мы с оператором Пашей Трубниковым сняли короткометражный художественный фильм “Бехеткэй” (”Маленькое счастье”). Сюжет его очень простой: маленький мальчик живет в деревне, он - сирота, и у него есть корова, которую зовут Бехеткэй. Однажды она не приходит домой - и мальчик с другом идут ее искать и попадают в разные интересные ситуации.
Фильм очень образный, может быть, не совсем интересный сюжетно, но, на мой взгляд, глубоко татарский. Знаешь, по-хорошему национальный, но с внедрением в европейское кино. После такого удачного начала Зуфар Бухараев - председатель комитета по кинематографии республики Татарстан (теперь он заместитель министра по кинематографии) - взял меня к себе режиссером.

А во время учебы во ВГИКе ты снимал фильмы?
Я снял фильм “Простые слова” про то, как люди в переговорном пункте говорят с близкими людьми. Мы подключились на станцию в Москве и потом в Казани, сделали трехминутную постановку. Это свидание голосов, очень интимный фильм, который тоже хорошо прошел.
Вообще, при господстве наносного, модного и тенденциозного я стремлюсь к чему-то простому и общечеловеческому. Может быть, это даже соцрелизм старого советского кино. Это такая очень большая простота шукшинская. Такой, наверное, у меня стиль.
Моя национальность дает свой почерк, все сказки, которые я слушал в детстве, песни - все это аккумулируется в свою картинку, особенную, в мой киноязык.

Твоя  картина попала на престижный российский кинофестиваль “Кинотавр”. Слышала, что тебе не предоставили возможность поехать на фестиваль, что вместо тебя поехали люди, которые не имели к фильму никакого отношения, и ты оказался там в последний момент по собственной инициативе…
История создания моей последней картины намного интереснее и сложнее, чем сама картина (смеется). Мы не знали многих юридических тонкостей. Когда к нам пришел оператор и принес договор на 35 страниц, в котором было абсолютно все оговорено, мы смеялись над ним, а теперь я понимаю, что это было правильно. Потому что сейчас у меня даже нет прав на эту картину, и, что самое смешное, даже самого фильма у меня нет.
Кино - это коммерческий проект, который может принести серьезные деньги, и эмоциональная сторона тут не должна опережать рациональную.

В Казани помимо тебя есть свои режиссеры художественных фильмов?
В начале 90-х было четыре режиссера, которые окончили высшие режиссерские курсы и тоже хотели очень многое сделать. Но тогда, наверное, было время другое, и они очень быстро разочаровались в том, что не смогут сделать это в том объеме, в каком им хотелось, или не смогут заработать денег. Есть еще татарский талантливый режиссер, который называет себя Эдгар Бартенев, настоящее его имя Ильдар, он работает в Питере.

Он работает с национальной темой?
К сожалению, нет. Он даже ее избегает, потому что считает, что это неправильно. Кино для него - искусство, построение сюжета - совсем другие вопросы. Я его хорошо понимаю. Тем не менее, у меня другой взгляд. Я просто не смогу снять не национальное кино, даже если захочу.

Что значит для тебя “национальная” тема в кино? Она ведь может проявляться в совершенно разных контекстах… Что ты хочешь сказать?
Я хочу заявить о себе как первый татарский кинорежиссер, начать эту тему. Хочу перевести культурное татарское начало на киноязык. Что такое кинематограф - это же рождение национального героя. У татар должен быть свой национальный герой. Потому что на этих площадках строится национальность и культура. У татар сейчас на самом деле даже культуры современной нет, есть традиции. И эти традиции построены на деревенской культуре. У нас нет городской культуры, культуры татарской интеллигенции.

А ты в своих картинах больше затрагиваешь деревенскую тему или городскую?
О деревенской теме говорить проще. Она есть и всегда была, и нет проблемы с языком - я же стараюсь снимать на татарском. То есть, когда в деревне все говорят на татарском, - это естественно. А когда ты снимаешь сцену в троллейбусе, и все говорят на татарском - это смешно и надуманно. Когда я снимал “Куктау”, я столкнулся с такой проблемой. Я снял его полностью на татарском, хотя сюжет был городской.
Сейчас я хочу снять честное, правдивое кино про молодую интеллигенцию, про молодых людей, которые не знают языка, не говорят на нем, но в душе являются татарами. Это проблема, о которой надо говорить сейчас, потому что пора уже осознанно посмотреть на себя со стороны. Если мы не поймем этого сейчас, потом уже будет поздно, пройдет полная ассимиляция.

А как ты считаешь, молодое татарское поколение позиционирует себя как татарское с культурной точки зрения или нет?
Скорее нет. Они просто не задумываются об этом. Или они считают, что у татарского языка нет будущего, тогда зачем на нем говорить? А без знания языка как можно считать себя полноценным татарином. Я однажды обсуждал эту тему с другом, специалистом-международником, и он сказал, что если бы мы, татары, развивали нашу культуру и наши традиции, то были бы очень похожи на японцев в плане специфики, особенностей культурных и исторических. Мы действительно на них похожи.
Просто надо сделать нашу культуру модной. В этом весь секрет. Модная музыка, модное кино. Народ - это те же дети. Они будут любить то, что модно.

Есть татарская музыка и татарский театр, не хватает адекватного уровня для того, чтобы это стало действительно модным на общероссийском уровне. Как решить эту проблему?
Проблема ассимиляции - корень этой проблемы, потому что как только татарин становится в высшей степени образованным, способным поднять свою татарскую культуру на более высокий уровень - он тут же “ассимилируется”, уезжает в Москву или просто забывает о том, что он - татарин. И это больно. Об этом я и хочу рассказать в своей следующей картине.
Это будет клубок проблем очень реальных и актуальных: и проблема смешанных браков, и просто истории разных людей. Моя история. Очень завуалированная, но моя, наболевшая, выстраданная. Поэтому я знаю, как я хочу ее рассказать. Национальная тема - очень серьезная и тонкая, и ее можно извратить и опошлить или, еще хуже, спровоцировать межнациональные конфликты. Этого ни в коем случае нельзя делать.
Мы должны переходить в стадию современных отношений в условиях современного мира. Сейчас говорят о евро-исламе, например. В Европе просто идет процесс адаптации ислама под современный мир, потому что все должно развиваться.

Где у нас взращивают своих режиссеров?
Создали факультет режиссерский в Институте культуры. Но кто там может чему-то научить? Сейчас надо человек тридцать отправить учиться в Польшу или Германию. Да, вернутся из них в худшем случае двое-трое, но принципиальных, которые вернулись, чтобы поднимать здесь татарское кино, будучи профессионалами. Этого уже будет достаточно.

Ты говоришь очень здравые вещи, наверное, просто нужно довести их до сведения нужных, власть имущих людей. Ты обращался за поддержкой к чиновникам?
“Бехеткэй” мне материально помогли сделать в Татарстане, потому что на те 25 000 рублей, которые дает ВГИК, ничего сделать невозможно. И когда на центральном телевидении мы с Александром Политковским делали две национальные передачи с участием нашего президента, я подготовил специальное письмо, передал ему, и наша мэрия выделила мне какие-то деньги, чтобы я мог свою картину доделать.
И эта работа сразу выстрелила и здесь, и за рубежом. Здесь прошла премьера, потом картина ездила в Турцию, Германию, США и везде была хорошо принята. Конечно, нужно что-то делать, чтобы тебя услышали.

У тебя есть любимые режиссеры, стиль которых тебе близок? Что ты любишь в кино?
У меня нет никаких кумиров. Из американских, может быть, Оливер Стоун. Он мне вообще нравится как человек. На татарина похож (смеется). В кино я люблю простую историю обычного человека без фантастики. Когда очень простая история рассказывается эмоционально и честно. И это больше всего берет за душу и запоминается. А не когда все летит и взрывается. Это тоже должно быть, потому что кино - это аттракцион, но когда кино состоит из одной компьютерной графики - это уже не кино, а мультфильм.

Ты сказал, что процесс создания “Куктау” был очень сложным. Ты извлек какие-то уроки из этого опыта? Что ты теперь будешь делать по-другому?
Мне не хватало опыта в чем-то. Я не умел давить на актеров, шел на поводу иногда и потом видел, что сцена не удалась. Сейчас это во мне есть, я буду настаивать на своем, кричать на актеров, если нужно, пусть весь мир будет против. Мне кажется, уметь стоять на своем - это одно из главных качеств режиссера, потому что картинку, конечный результат видит только он.
Было много тонкостей экономических и юридических, за которыми я не уследил. В какой-то момент Госкино решило, что режиссер - они, а не я. Этого нельзя было допускать.

У тебя есть заветная творческая мечта?
Я хочу сделать картину-легенду, к чему казаться скромным… Это мечта каждого режиссера. Сделать свою визитную карточку, узнаваемую. А в моем случае это может быть визитная карточка татарского кино. Знаешь, бывают такие картины, после которых зрители уходят молча. Они настоящие. Это как момент откровения. Я хочу снять такую картину.

Ольга Дормидонтова

http://culture.tatar.ru

С тех пор как в 2007 году были приняты поправки в законодательство об образовании РФ, споры вокруг отмены нацкомпоненты не утихают и по сей день. Напомним, что согласно поправкам с января 2009 года на всей территории России введен единый образовательный стандарт. При этом российские регионы потеряли право участвовать в составлении учебно-образовательных планов для школ и вузов. Большинство этнических республик расценило это как лишение возможности изучать родной язык, историю своего народа, его культуру и обычаи. Флагманом в борьбе за сохранение национальной составляющей в образовании стал Татарстан. Еще в ноябре прошлого года этот вопрос горячообсуждался в Госсовете РТ с участием министра образования РФ Андрея Фурсенко, президента РТ Минтимера Шаймиева и представителей всех нацрегионов. Тогда глава минобра заявил, что проблема будет решаться.

В Татарстане решили не ждать милости свыше и открыть свой фронт борьбы. Планируется, что в комитет по защите прав татарского народа войдут представители большинства татарских общественных организаций, политические деятели, работники сферы образования, науки и культуры, лидеры общественного движения.

Как рассказала 116.ru координатор движения «Узебез» Римма Бикмухамметова, одной из главных целей создания комитета является борьба за получение образования на родном языке и помощь татарам, живущим за пределами республики.

«Все предпринимаемые нами действия пока безуспешны. Во всех инстанциях наши протесты отклоняются, хотя в Татарстане нам пообещали, что образование на родном языке останется, – говорит Римма Бикмухамметова. – Кроме того, большая часть татарского населения живет в других регионах страны. Мы хотим, чтобы они и там имели возможность учиться на своем языке. Закон этого не позволяет сделать. Однако в конституции Татарстана прописано, что республика имеет право помогать татарам за пределами субъекта. Нужно сделать так, чтобы юристы добились возобновления образования на татарском. И это проблема всего нерусского населения России».

Также, по словам собеседника, инициативная группа направила письмо Дмитрию Медведеву о пересмотре «пресловутого закона». А в Интернете был создан сайт, на котором ведется сбор голосов за отмену поправок.

«Нам бы хотелось, чтобы этой проблемой занимались все национальные республики. Нужно отстаивать свои интересы на государственном уровне и действовать сообща», – заключила Римма Бикмухамметова.

На сегодняшний день минобразования по новым стандартам разрешило обучение родному языку до четвертого класса включительно. Однако, по мнению многих, это не решает проблемы и даже, напротив, усугубляет ее.

По мнению известного татарского публициста и общественного деятеля Фандаса Сафиуллина, ограничение изучения языка четырьмя классами вводит категорию неполноценных народов российского общества.

«Почему один народ имеет право изучать культуру и литературу на родном языке до окончания школы, а культура других народов ограничена планкой в четыре класса? Это означает неравноценность народов, нарушение конституционного принципа равноправия, – говорит публицист в интервью 116.ru. – Без отмены самого закона другие вопросы ставить принципиально невозможно. А проведение ЕГЭ только на русском языке – это вообще смертный приговор национальным школам. Этот закон по своей сути вбивает клин в единство народов России».

Кстати, проведение ЕГЭ только на русском языке спровоцировало даже судебный иск. Напомним, только в июле этого года Верховный суд РФ отказал жительнице Казани Аиде Камаловой, которая просила разрешить сдачу единого госэкзамена на татарском языке. Сегодня директор казанской татарской гимназии №2 Камария Хамидуллина, которая выступает в поддержку Камаловой, сообщила корреспонденту 116.ru, что на этом дело не кончилось.

«Сейчас эти родители, насколько мне известно, подали жалобу в Страсбургский суд. Дата рассмотрения еще не назначена», – сказала Камария Хамидуллина.

По мнению академика Российской академии политнаук Владимира Беляева, вся проблема исходит из того, что у федеральных властей нет четкой национальной политики.

«И виновата в этом Москва, – говорит академик. – Вопрос не отрегулирован, он ведь касается внутренних дел субъекта и должен решаться на региональном уровне. Хотя живущим здесь никто не запрещает вести обучение на родном языке. Просто никто толком не разъяснил закон. А вообще, любой малый народ всегда более уязвим».

На момент подготовки материала заседание круглого стола еще продолжалось. О том, какие конкретные задачи были поставлены комитету по защите прав татарского народа, кто в него вошел и какую резолюцию приняли собравшиеся, 116.ru обязательно сообщит.

Аркадий СТЕПАНЦОВ, специально для 116.ru

Мы, члены Всемирного форума татарской молодежи, представляющие татарский народ, заявляем о серьезной озабоченности в связи с изменением некоторых законодательных актов, в частности, с принятием Закона об изменениях в Законе «Об образовании», принятого 1 декабря 2007 года, в нарушении пункта 3 статьи 68 Конституции Российской Федерации, который гласит: «Российская Федерация гарантирует всем народам право на сохранение родного языка, создание условий для его изучения и развития».

Данные изменения, внесенные в Закон «Об образовании», фактически отменяют преподавание в школах таких предметов, как «Краеведение», «История родного края», «Родной язык» и «Родная литература», тем самым ставят под угрозу судьбу родных языков, коренных народов Российской Федерации.

Мы, представители молодого поколения второго по численности народа России, выражаем свое сожаление с тем, что в нашей стране мы лишены возможности получать образование на своем родном языке, а значит воспитываться в духе национальных традиций. Это означает, что древний этнос, выработавший богатый литературный язык, систему образования, создавший неповторимую культуру, искусство и литературу, оставивший значительный след в истории мировой цивилизации будет лишен возможности полноценно развиваться.

Как Вам известно, татары компактно проживают во многих субъектах РФ, лишь 25% наших соотечественников живут на территории Республики Татарстан. Это означает, что на местах мы сами организуем инфраструктуру национальной жизни. И не всегда это удается сделать легко. Только за последние несколько лет в РФ были открыты десятки школ с татарским национальным компонентом. Они стали настоящими центрами национальной культуры, просвещения, очагом духовного развития. И вот сейчас, со вступлением новых поправок в ФЗ №309 в свою силу, школы с национальным компонентом в обучении фактически вынесены за рамки закона.

Свою озабоченность по этому поводу высказали многие общественные организации, представляющие различные народы нашей страны, органы представительной власти субъектов федерации, видные общественные деятели, ученые, работники культуры и образования. Однако их призыв так и остался голосом вопиющего в пустыне. А ведь еще 2002 году на III съезде Всемирного конгресса татар на встрече с его делегатами президент Путин В.В. сказал следующее: «Полная дурь и бред, если кто-то где-то запрещает в многонациональной стране изучать родной язык или препятствует этому. Абсолютно недопустимо, вредно для страны в целом. Россия - средоточие такого национального, культурного, языкового богатства, которого в мире нигде нет. В этом как раз силы нашего государства…»

Очевидно, что в нашей федеративной стране с полиэтническим и мультикультурным населением такого рода унификации и игнорирование требований общественности может привести к плачевным результатам. Сила нашего общества, государства в нашем единстве, многообразии, толерантности.

Уважаемый Дмитрий Анатольевич! В своем ежегодном послании Федеральному Собранию РФ, Вы отметили необходимость развития институтов гражданского общества, улучшения качества образования в общеобразовательной школе, модернизации всех сторон жизни государства и общества. Мы убеждены, что их реализация возможна лишь в государстве правовом и демократическом, свободном и толерантном, которое заботится о благополучии всех ее сограждан. Мы как подрастающее поколение хотим жить именно в таком обществе. Но достичь этого будет сложно, если нарушаются фундаментальные права граждан и целых народов!

Дмитрий Анатольевич! Мы обращаемся к Вам как гаранту Конституции РФ, чтобы Вы пересмотрели антиконституционный по сути законодательный акт в сфере образования, касающийся отмены этно-регионального компонента.

Надеемся, что здравый смысл возобладает, подходы к национальному образованию и в целом национальной политике будут пересмотрены, и принципы равноправия, толерантности, уважения прав всех этнических групп населения восторжествуют. Мы уверены, что только так можно достичь укрепления основ федерации, межнационального согласия и гармонии в российском обществе.

Адрес:
ул. Ильинка, д. 23, 103132, Москва, Россия Президенту РФ

Татар яшьләре форумы бюросы һәм “Үзебез” хәрәкәте вәкилләре фикеренчә, соңгы вакытта җәмәгатьчелек тарафыннан милли мәгариф проблемаларына кызыксыну кимеде. Һәм бу өлкәдә ниндидер битарафлык хөкем сөрә.

Шул нисбәттән алар татар милли мәгарифен яклап зур кампания башларга булган. Беренче чиратта яшьләр Бөтендөнья татар конгрессы башкарма комитетында “Милли мәгариф системасы: яшәргә хокукы бармы” дигән түгәрәк өстәл оештырачак.

Татар яшьләре форумы бюросы җитәкчесе Руслан Айсин әйтүенчә, анда татар зыялылары чакырылачак.

“Шунда ук татар халкының хокукларын яклау комитеты төзибез. Анда Татар иҗтимагый үзәге, “Үзебез” хәрәкәте, Татар яшьләре форумы бюросы, “Мәгариф” иҗтимагый оешмасы вәкилләре, сәясәтчеләр керәчәк. Һәрхәлдә проблемага битараф булмаганнар өчен ишекләр ачык”, ди ул.

Урыслар имза җыя

Татар яшьләре икенче эш буларак милли мәгарифне яклап Русия конституцион мәхкәмәсе янында пикет оештырмакчы. Чөнки 309-нчы канунны кабул итү нигезендә, татар балалары ана телләрен өйрәнүдән мәхрүм кала.

Әмма республикадагы кайбер урыс оешмалары, күрәсең, болай санамый.

Киресенчә, Татарстандагы рус мәдәнияте җәмгыяте республикада урыс телен кысыла дип белдерә башлаган.

“Алар имза җыеп Русия президенты Дмитрий Медведевка мөрәҗәгать итмәкче. Имеш, мәктәпләрдә урыс теле әзрәк укытыла һәм шул сәбәпле балалар начар укый икән. Аларның җыелышында булган идем, андагы бер катнашучы хәтта “татар мәктәпләрен бөтенләй бетерергә кирәк” дип сүз чыгарды”, ди Айсин.

Рус мәдәни оешмасы инде Бауман урамында, интернет-кафеларда бу мәсьәлә нигезендә дискуссия чыгарган.

Татар җәмәгатьчелеге битараф

Шул ук вакытта татар җәмәгатьчелегенең хәрәкәте әлегә сизелми. Казандагы 2-нче гимназиядән бер укучы анасы Аида Камалова гына баласының Бердәм дәүләт имтиханын урысча бирүенә каршылык белдереп мәхкәмәгә шикаять иткән иде. Русия югары мәхкәмәсенең гражданнар эшләре кассация коллегиясе Камалованың бу шикаятен кире какты. Хәзер ул конституцион мәхкәмәдә каралырга тиеш.

Татар яшьләре әлеге мәсьәлә тикшереләсе көнне Мәскәүдә мәхкәмә каршында пикет оештыруны күздә тота. Әмма аларны җәмәгатьчелекнең Камалова күтәргән мәсьәләгә битараф калуы борчый.

Руслан Айсин фикеренчә, Русия төбәкләрендәге татар оешмалары да милли мәгариф проблемасына читтән генә карап тормаска тиеш. Чөнки беренче чиратта татар мәктәпләренең ябылуы нәкъ аларга яный.

“Авырлык белән ачылган татар мәктәпләрен хакимият акча юк дип ябып куярга мөмкин. Бу мәсьәлә бик кискен тора”, ди татар яшьләре форумы бюросы җитәкчесе.

Хәзер инде Русия төбәкләрендәге татар яшьләре оешмаларына татар мәгарифен яклап кампания башлау хакында хәбәр ителгән. Киләчәктә бу яшьләр Русия президенты, премьер-министры яки конституцион мәхкәмә башлыгына мөрәҗәгать итә алсын өчен хат нөсхәсе әзерләнә.

Республика яшьләре фикеренчә, мөрәҗәгатьләр Татарстаннан гына түгел, ә барлык Русиядәге татарлардан булырга тиеш. Һәм бары шул чакта гына ниндидер уңай нәтиҗә булырга мөмкин.

Инде Башкортстандагы башкортлар да милли мәгарифне яклау кампаниясенә кушылырга әзер булуын әйткән.

“Мин алар белән сөйләштем. Башкорт корылтае да, башкорт яшьләр оешмасы да бергәләп эшләргә әзер”, ди Айсин.

Интернетта татар милли мәгарифен яклау кампаниясенең сәхифәсе дә ачылган. Анда булачак чаралар, кылыначак гамәлләр турында мәгълүматлар урнаштырыла.

“Азатлык” радиосы

ландыш харрасова

Намечен ряд первоочередных мер в рамках кампании. Первое мероприятие пройдет 30 ноября в Казани. Об этом будет  дополнительно проинформировано.

Организаторы призывают всех, кто не равнодушен к этой архиважной проблеме, вступить в их ряды. На сайте  организовано голосование с требованием вернуть конституционные права на получение образования на  родном языке.

В Казани прошел «Антирусский марш»

В столице Татарстана 12 октября прошел очередной, 20-й по счету т. н. «День памяти защитников Казани», павших при взятии города войсками Ивана Грозного, ежегодно используемый татарскими националистами для пропаганды своих идей, попахивающих откровенной русофобией. В ходе этих, так сказать, мероприятий прошли траурный митинг и шествие под лозунгом «Максатыбыз – байсезлек!» («Цель – независимость!»), а также научный семинар «Завоевание Казани: уроки истории».

Особо следует отметить, что на сей раз в исламистских СМИ этот день впервые анонсировался как «День памяти шахидов» – мусульманских мучеников за веру. Данный тезис был подкреплен скандированием мусульманских лозунгов по пути следования участников митинга к Казанскому кремлю. Кроме религиозных речевок, собравшиеся скандировали политические требования о независимости Татарстана и призывали всех татар к объединению.

Как сообщило агентство Росбалт, на казанской площади Свободы, между памятником Ленину и зданием правительства и Госсовета Татарстана, собрались ветераны национального движения, а также небольшая группа молодых исламистов и светских активистов Всемирного форума татарской молодежи и движения нового поколения «Узебез» («Мы сами») общим числом около 200 человек. Среди плакатов, поднятых митингующими, были «Я помню 1552 год», «Холокост татарского народа – 1552!», «Татарская речь слух ласкает», «Требуем! Запрета русского языка в образовании, как запрещен татарский» (стиль оригинала сохранен) и т. п.

Кроме того, передает информагентство, ряд аналогичных лозунгов (в частности, «Остановить геноцид коренных народов Идель-Урала, продолжающийся с 1552 г.!» или «В 2012 году на выборах президента России голосуйте против Путина, за его ф. закон 309 в 2007 г., который ликвидирует национальное образование!») по настоятельной просьбе сотрудников правоохранительных органов остались лежать на каменном бордюре метрах в 50 от эпицентра митинга.

Среди выступавших ораторов (естественно, на татарском языке), как сообщает агентство Регнум, были те, кто страстно желал и желает отделения Татарстана от России вот уже почти 20 лет: председатель т. н. «народного парламента» («Милли меджлиса татарского народа») Фаузия Байрамова (ныне находящаяся под следствием), уже осужденный (условно) за разжигание межнациональной вражды Рафис Кашапов – давний поклонник Шамиля Басаева и лидер Набережночелнинского ТОЦ (Татарского общественного центра), борец за права мусульманок Альмира Адиятуллина и другие «знаковые» националисты первой волны.

Несмотря на то, что, как мы уже сказали, выступали все ораторы на татарском языке, итоговая резолюция митинга отчего-то прозвучала по-русски. В документе, адресованном президенту РФ, руководству Государственной Думы и Совета Федерации, отмечалось, что «империя (т. е. Российская Федерация. – Прим. KM.RU) уничтожает народ своих колоний, в частности, татар», и, более того, осуществляет их геноцид. «Нарушаются нормы международного права, – говорится в резолюции Дня памяти. – Идут непрерывная русификация и христианизация РФ, все подгоняется под путинскую вертикаль». Среди проблем татарского народа в документе перечислены: «закрытие около 3000 татарских школ», перевод образования в Татарстане и Башкортостане на русский язык, принятие Федерального закона 309, отменяющего национально-региональный компонент, а также ликвидация «всех радио- и телепередач, а также газет и журналов на татарском языке». При этом никого из собравшихся нисколько не смущало, что, как напоминает агентство «Русская линия», недавно сам президент Татарстана Минтимер Шаймиев заявил, что, в соответствии с разрабатываемыми на федеральном уровне стандартами образования, в школах республики «есть полные возможности, если не с избытком, осваивать свой родной язык».

Более того, по сообщению Регнума, сразу на нескольких интернет-форумах идет обсуждение ситуации, сложившейся в школах и детских садах Татарии. Как следует из возмущенных заявлений, хотя начался новый учебный год, в системе преподавания татарского языка ничего не изменилось. Пресловутый Федеральный закон № 309, на который в республике возлагалось столько надежд для уравнивания в правах русского и татарского языков, в Татарстане проигнорировали. В результате все это вылилось в сообщения, подобные этому: «Как был татарский в садиках и школах, так и остался. Зачем нам, русским, навязывается татарский язык, тем более с садика? Насколько законно заставлять детей учить татарский?» Тут же следуют отклики, говорящие о том, что проблема волнует не только русских: «Многие мамы-татарочки тоже против такого количества часов татарского в неделю. Когда заставляют учить татарский, только осложняют и обостряют отношения между русскими и татарами. И прививают мысль о том, что нужно разделяться… кому-то это выгодно – разделяй и властвуй!».

Как сообщил агентству заместитель председателя Казанского общества русской культуры Михаил Щеглов, действительно, сейчас поступает очень много откликов от разочарованных родителей, которые рассчитывали, что после обсуждения проблемы на самом верху в системе местного образования уже с этого года что-то изменится. «Заявления в прессе звучали самые разные. Несколько раз проходили сообщения, что, согласно Федеральному закону № 309, национально-регионального компонента федерального образовательного стандарта, в рамках которого велось преподавание татарского языка, больше не будет. Когда это случится, осталось непонятным. В любом случае, люди, уставшие от явно несбалансированного обучения их детей татарскому языку, надеялись на скорые перемены. Однако этого не произошло». Так что, как видим, ситуация прямо противоположная той картине, которую рисуют в резолюции своего митинга татарские националисты. Впрочем, тем, кому, по сути, это послание адресовано (а, по мнению некоторых экспертов, акция националистов приурочена также и к ожидающемуся 14 октября визиту в Казань госсекретаря США Хиллари Клинтон), вряд ли придет в голову разбираться в тонкостях языковой политики в Татарстане. Для них это – всего лишь лишний повод раскрутить информационную войну против России.

Возвращаясь к митингу, отметим, что его участники также обвинили федеральный центр в преследовании Милли меджлиса (самозваный «парламент татарского народа», в декабре 2008 года призвавший иностранные государства признать независимость Татарстана) и других национальных организаций, а также «многочисленной невинной молодежи». «Понятие национально-освободительного движения переименовано в терроризм», – подчеркивается в резолюции. Участники мероприятия также потребовали впредь отмечать День памяти официально, а не на общественных началах, установить памятник павшим защитникам Казани, поддержать Декларацию о государственном суверенитете Татарстана от 30 августа 1990 года, а также прекратить преследование Фаузии Байрамовой, Рафиса Кашапова и всех остальных участников национального движения. В общем, все эти требования легко сводятся к одному: «Свободу русофобии». Неслучайно казанская акция уже получила неофициальное название «антирусский марш» – по крайней мере, оно очень точно передает суть состоявшегося «шоу». А двумя днями ранее вчерашнего митинга, сообщает Росбалт, в Казани состоялся организованный татарской молодежью семинар по урокам завоевания Казани, в ходе которого, в частности, декан факультета татарской филологии и истории Казанского государственного университета Искандер Гилязов обрушился на известную фразу Ломоносова о том, что богатство России прирастать будет Сибирью – мол, у всех нормальных людей оно прирастает за счет упорного труда и инноваций, а не механического расширения территорий. А когда под конец семинара ему прислали записку – мол, «у Великобритании тоже были колонии, но англичане-то вон сколько всего добились – не связано ли это с качествами того и другого народов?», историк Гилязов с этим предположением согласился.

Еще один историк (так и подмывает написать это слово в кавычках), Искандер Измайлов, подробно рассказал об идеологических основах покорения Казани, подчеркнув, что «идеология Москвы изначально была имперской». «Мы не должны стенать, что являемся жертвами имперского захвата, – призвал он участников семинара, большую часть которых, в отличие от митинга, составляла молодежь. – Российское государство сделало все, чтобы искоренить нас, и татары-мусульмане сохранились не благодаря, а вопреки воле российского государства, и это необходимо иметь в виду».

На фоне таких высказываний, отмечает корреспондент Росбалта, вызывает недоумение позиция казанского Кремля, запретившего проведение в Казанском госуниверситете диспута по нашумевшей книге «Освободительная война татарского народа» Нуруллы Гарифа, но не высказавшего своего отношения к семинару в НКЦ «Казань». Получается, что обсуждать научные проблемы в Казани могут лишь ученые определенного толка. Русофобского толка, уточним мы.

Между тем молодежное движение «Узебез», которое, как мы отмечали, выступило в числе организаторов скандального митинга, почти полгода назад, весной 2009 года, объявило о начале весьма странной акции – сборе подписей за придание татарскому языку статуса второго государственного на всей территории РФ. Особым уловом инициаторы мероприятия похвастаться не могут: по сообщению «Свободной прессы», в поддержку идеи высказались около 35 тыс. россиян, притом, что организаторы рассчитывали до конца года собрать 100 тыс. автографов. Свою позицию лидер Форума татарской молодежи Руслан Айсин обосновал так: «Татары, согласно переписи населения, являются вторым по численности коренным народом Российской Федерации. Соответственно, распространен татарский язык в стране достаточно широко. По сути, это – второй язык в России. Кроме того, татарский язык – язык общения тюркских народов бывшего СССР. Мы намерены добиться признания татарского языка в качестве второго государственного в тех регионах страны, где татары представляют численный паритет с русским населением или занимают второе место по численности». Между тем многие политические эксперты утверждали, что за спиной организаторов данной акции стоит президент Татарстана Минтимер Шаймиев, а само мероприятие – это очередной политический финт властей республики, которые угрожают федеральному центру. Так это или нет, сказать сложно, но то, что раздувающие русофобию националистические движения чувствуют себя в Татарстане достаточно вольготно, – факт.

Михаил Васильев

Источник: КМnews 

Дорогие соотечественники!

Как стало известно из официальных источников, Всероссийская перепись населения все-таки состоится в 2010 году. Хотя ранее и заявлялось о том, что она состоится не ранее 2013 года по причине мирового финансового кризиса.

Стоит сказать, что такая новость застала врасплох татарскую общественность. Мало-мальски посвященные в проблемы татарской нации люди знают, как тяжело проходила предыдущая перепись 2002 года. Тогда подготовленные Институтом этнологии и антропологии РАН перечни национальностей и языков предусматривали дробление единой татарской нации на целый ряд отдельных, якобы самостоятельных национальностей (мишари, кряшены, сибирские и астраханские татары и др.). В общей сложности единая консолидированная татарская нация должна была распасться по замыслу авторов данной концепции на 9 составных частей!

И надо отметить, что перед лицом опасности расчленения нации представители разных общественных организаций, писатели, ученые, религиозные и государственные деятели, сознавая свою ответственность перед народом, перед будущими поколениями, сказали свое веское слово против политики дробления нации, обратились к соотечественникам с призывом о необходимости укрепления единства татарского народа. Многомиллионный татарский народ продемонстрировал свою внутреннюю силу и мудрость, твердость и настоящий тюркский мусульманский характер.  Через это испытание мы вышли достойно с высоко поднятой головой.

Сейчас нам предстоит новое испытание. Есть все основания полагать, что перепись вновь будет крайне политизирована, и будут предприниматься новые попытки расчленить татарский народ, исказить объективные статистические данные относительно численности татарского населения страны. В пользу этого утверждения говорит то, что в последнее время по национальным институтам, формирующих духовную матрицу татарского народа, нанесен значительный урон: отмена так называемого национально-регионального компонента в системе образования, лишение прав сдавать выпускные экзамены на родном языке, а соответственно, невозможным представляется и получение образования на родном языке. Что это как не культурный геноцид народа, который является государственно-образующим этносом наряду с русским народом. Таким образом, древний этнос, выработавший богатый литературный язык, свою вертикаль образования, создавший неповторимую культуру, искусство и литературу, оставивший значительный вклад в истории мировой цивилизации лишен возможности полноценно развиваться.

Не будем забывать, что татары второй по численности народ страны, дисперсно раскинутый по его бескрайним просторам. Но при этом мы высококонсолидированный этнос с крепкими внутриэтническими связями и высоким уровнем национального самосознания. Татары имеют в своем составе мощный слой культурной, управленческой и бизнес элиты и мы способны самостоятельно решать актуальные вопросы национально-культурного развития.

Учитывая значимость и важность предстоящей Всероссийской переписи населения, мы призываем все татарские общественные организации и объединения, начать подготовку к ней уже сейчас. Необходимо начать предпринимать превентивные меры по недопущению раскола нации по всевозможным “этнико-конфессиональным и сословным группам и группкам”, вести разъяснительную работу среди соотечественников, своими силами организовывать масштабную кампанию по учету татарского населения на местах. Это уменьшит вероятность подтасовок и фальсификаций.

Мы убеждены, что татарский народ, осознавая свою приверженность к исторически сложившемуся единству нации, в результате проведенной в 2010 году переписи населения в очередной раз подтвердит свою неделимость и единство.

Единство и процветание нашего народа в наших руках!

В единстве! Вместе! Навсегда!

От имени Всемирного Форума татарской молодежи,

Председатель Бюро  Айсин Руслан.